В Неделю 23-ю по Пятидесятнице в храме Спасо-Преображенского монастыря состоялись праздничные богослужения. В этот день отмечается память нескольких святых – великомученика Димитрия Солунского (около 306 года), мученика Луппа Солунского (около 306), преподобного Афанасия Мидикийского (около 814), преподобного Феофила Печерского, архиепископа Новгородского (1482), и преподобного Димитрия Басарбовского (Болгарского, 1685). Кроме того, в богослужебных книгах может быть закреплено воспоминание о землетрясении в Царьграде (740 год).
За Божественной литургией в этот день читается притча о богаче и Лазаре, которая может быть названа фундаментальной для всего Евангелия.
Мы видим в первой части противопоставление двух людей – безымянного богача и нищего по имени Лазарь. Его имя – это латинизированный извод еврейского слова Елиазар, что означает «Бог – моя надежда!». Богач – просто богач, у него нет имени, потому что его содержание жизни вполне исчерпывается захватившим его целиком роскошью и удовольствиями. Богач пиршествует – Лазарь тут же, неподалеку, умирает от голода. Он просто умирает – его никто не хоронит – что для любого еврея воспринималось как худшее, что может произойти с человеком. Напротив того, богача провожают в последний путь торжественная процессия.
Третий план неожиданно переворачивает всю ранее изложенную картину. Лазарь, рядом с праотцем Авраамом, оказывается в раю – среди самых великих праведников, угодивших Богу. Богач – напротив, в толще геенского огня. Опознав Авраама, он обращается к нему с просьбой отправить Лазаря, чтобы хотя бы немного охладить язык от мук адского пламени, но в ответ он слышит: вспомни – ты уже получил всё доброе в твоей жизни, а Лазарь – злое: теперь же ты страдаешь, а он – утешается.
Интересно, что нигде в притче мы не встретили осуждения богатства и превозношения нищеты. Для Спасителя несоизмеримо другое: как выстроены отношения между людьми, чем заполнено сердце. Если бы богач смотрел на Лазаря не сквозь иудейские религиозные шаблоны греха и воздаяния, а просто, как обычный человек – он хоть чем-то, но его поддержал бы. Но ему было гораздо комфортнее просто перестать замечать несчастного Лазаря, тем самым как бы вручив его на попечение Богу. А у Бога не было рядом никаких других рук, кроме рук богача – чтобы помогать Лазарю, но богач эту возможность упустил.
Поэтому главный вывод, который мы призваны сделать сегодня: если что-то вытесняет из нашей жизни другого человека – какими бы благовидными предлогами оно ни покрывалось – мы рискуем оказаться на месте гибнущего богача. Нужно учиться постоянно думать о том, чем я могу послужить, помочь другим – вот что отличает подлинное христианство от мертворожденной религиозности.
